Читать книгу - "Дыхание леса. 7 лет дикой жизни - Жоффруа Делорм"

спустя четверть часа мой «Спящий красавец», наконец, пробуждается ото сна. Он поднимает голову, обозревает пейзаж вокруг, проводит языком по мордочке и носу, принюхивается и поднимается. Даге потягивается в разные стороны, начинает себя вылизывать, как будто ничего необычного не произошло. Но для него, вероятно, это так и есть. Я представляю себе, что со мной он чувствует себя уверенно и может немного отдохнуть, заснуть, ни о чем не беспокоясь, и, доверясь другу, чуть ослабить бдительность; на какие-то мгновения отказаться от тяжелого бремени бытия.

– Знай, мой дорогой друг, для меня огромная честь заботиться о тебе.

Глава 9

Стать частью стада

Мы с Даге покидаем поляну и углубляемся в лес. Его крайне интересуют заросли ежевики на опушке, я же стараюсь как можно незаметнее уйти по направлению к территории Сипуанта; сейчас важно, чтобы Даге не последовал за мной. Дабы избежать недоразумений, я делаю все, что от меня зависит, чтобы эти двое не пересекались. На излучине небольшого ручья я встречаю Этуаль, а за ней семенит Шеви – вот прекрасная возможность познакомиться с крохой поближе. Шеви родился три месяца назад, он уже не пьет материнское молоко, но до конца зимы будет постигать все премудрости жизни вместе с матерью. Он находится в отличной форме, и меня это чрезвычайно радует, так как жизнь во враждебной среде требует недюжинной выносливости. Довольно много косулят не переживает свой первый год. В лесу всякое случается. Привести к смерти или значительно ослабить здоровье молодой косули могут различные факторы: внутренние паразиты (такие как ленточный червь или печеночная двуустка), внешние паразиты (среди них власоеды, личинки мух в носу, кровососка оленья), в редких случаях гиподерматоз или холодная сырая погода. Конечно, мне грустно, когда я нахожу маленькие безжизненные тела. С другой стороны, я считаю такую смертность естественной регуляцией вида, которая способствует поддержанию баланса животного мира в лесу, в том случае, конечно, если мы позволяем природе делать свое дело, не вмешиваясь в ее работу.

Что же касается Шеви, то те несколько раз, когда я с ним встречался, я не предпринимал ни малейшей попытки сблизиться. Это слишком рискованно, так как он все еще может спутать мой запах с запахом матери, и тогда та могла бы от него отказаться. Я думаю, что если позволить ему привыкнуть ко мне, то ему это понравится. Его мать мне доверяет, его отец знает меня очень хорошо. Шеви еще совсем юное животное, ничего не знающее о мире, малыш же не будет возражать, если я подойду к нему подружиться. Какая милая иллюзия! Я спокойно двигаюсь навстречу Этуаль. Шеви лежит в нескольких шагах от нее, косуленок спокоен и безмятежен. Он за всем наблюдает, ко всему проявляет интерес, но скорее ради забавы, ведь все еще полагается на мать, ну или по крайней мере, мне так кажется. Я медленно подхожу и присаживаюсь в нескольких метрах от него. Шеви внимательно изучает меня, навострив уши, и украдкой посматривая на мать, чтобы понять ее реакцию; Этуаль по-прежнему ничего не говорит и не смотрит на меня. Уши у косуленка огромные, гиперчувствительные к малейшим колебаниям и двигаются, если надо, независимо друг от друга в разные стороны; при малейшем подозрительном или необычном звуке малыш моментально настораживается. Со временем он научится отличать опасные звуки от всех прочих, не несущих угрозы. Например, шум трактора или бензопилы, когда валят деревья, будет квалифицирован как «невинный», так как это часть его повседневного шумового фона, а вот треск ветки в тишине неизбежно повысит уровень бдительности до максимального.

Шеви принюхивается, поднимается и трусит к маме; по-моему, он напуган. Волоски на его «зеркале» встают дыбом – верный признак того, что его беспокойство возрастает. Следует отметить, что сокращение подкожных мышц под волосками на ягодицах при необходимости приводит к появлению белоснежного пятна под хвостом – своеобразного сигнала тревоги, который помогает семье держаться вместе в случае появления хищника. Тот следует за манящим белым кругом, заходит в лес, и тут косуля поворачивается… и опа! – вот и нет никакого белого пятнышка. Замечательный отвлекающий маневр. Одновременно с этим железы начинают вырабатывать особое вещество, предупреждающее других косуль в округе о грозящей опасности. Я отхожу от Шеви на порядочное расстояние, так как он быстро прыгает, и часто в разные стороны. Этуаль оборачивается несколько раз в нашу сторону, чтобы выяснить, откуда доносится весь этот шум, смотрит на нас, потом спокойно идет дальше. Шеви жмется к матери, как будто жизнь его висит на волоске, хнычет и старается заглянуть ей в глаза, как бы говоря: «Ты что, не видишь эту странную громадную фигуру, которая уже довольно давно следует за нами по пятам?» Несмотря на то что Этуаль прекрасно знает, что я не опасен, и поэтому не особо обращает внимание на его беспокойство, видимо, какая-то часть тревоги все-таки ей передается, и она начинает нервничать. Я замечаю, что Шеви инстинктивно боится людей и других животных, например кабанов и белок. Ничто и никто, даже его собственная мать, не может повлиять на его страх, ему, вероятно, нужно время, чтобы понять, что я не причиню ему ни малейшего вреда.

Мгновение спустя я уже стою рядом с Этуаль, но не хочу приближаться к Шеви, я потерял его из виду, как вдруг он выпрыгивает и пулей несется прочь. Не раздумывая, Этуаль бросается за ним, думая, вероятно, что он почувствовал какую-то угрозу. Я тоже особо не думаю и бегу следом за ними. Как только мы приближаемся к Шеви, он вновь набирает скорость. Этуаль, естественно, не останавливается, да и я тоже. Что за чудная необъяснимая гонка! Нет ни толики опасности, ни чуточки! Все мирно и спокойно. Эта небольшая игра возобновляется вновь и вновь, что заметно беспокоит Этуаль. Чем дольше мы бегаем, тем больше тревожится малыш, тем больше нервничает мать, и в результате растет раздражение и тяготит нас всех. Я перехожу на шаг и немного удаляюсь, чтобы дать косуленку время успокоиться и снять напряжение. Он останавливается, ждет мать, его возбуждение заметно спадает. Я больше не преследую их, так как не хочу излишне навязываться, дабы не создавать психологический барьер, который впоследствии помешал бы Шеви жить вместе со мной. Мне приходится учитывать тот факт, что косулята, даже очень маленькие, полностью доверяют матери лишь на протяжении первых нескольких недель, затем верх начинает брать их индивидуальность и свобода воли, и по мере взросления эти качества играют все большую роль. Шеви не готов просто копировать поведение Этуаль, он учится слушать и наблюдать и руководствуется при этом своими